«Все проблемы от безделья»: костромские подростки воруют, торгуют наркотиками и промышляют разбоями

Над исправлением осужденных несовершеннолетних работают специалисты уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России, стало известно Logos44.ru.        
Подростковая преступность была всегда. Несовершеннолетние так же, как и взрослые нарушают закон, но подход к их наказанию и перевоспитанию особый. Без тонкой психологической работы, профилактики и понимания здесь никак не обойтись. Как найти общий язык с малолетними осуждёнными, почему благополучие семьи не гарантирует ребенку «законопослушное» детство, и что чаще всего толкает подростков на преступления, в интервью Logos44.ru рассказала начальник отделения психологического обеспечения уголовно-исполнительной инспекции УФСИН России по Костромской области, майор внутренней службы Мария Киреева.

— Мария Сергеевна, уголовно-исполнительная инспекция — надзорный орган, который следит, чтобы осужденные, но не попавшие за решетку люди, выполняли требования суда. Среди ваших «подопечных» есть и подростки. Расскажите, что собой представляет работа с несовершеннолетними осужденными?

— Перед нами стоит целый комплекс задач. Но самое главное — это социализация несовершеннолетних осужденных и недопущение совершения повторных преступлений подростками. У нас организована совместная работа со всеми органами профилактики города и области, часто взаимодействуем с комиссией по делам несовершеннолетних, полицией и различными департаментами. Что касается непосредственно моей работы как психолога, то, когда подросток встает к нам на учет, его направляют ко мне для получения психологической помощи и сопровождения на протяжении всего времени отбывания наказания. Моя задача не навредить, оказывать консультативную помощь, как самому несовершеннолетнему, так и его родителям, опекунам или другим законным представителям. Каждый случай индивидуальный, поэтому и подход ко всем осужденным разный.

— В каком возрасте подросток может оказаться в уголовно-исправительной инспекции? И какие преступления чаще совершают несовершеннолетние?

— Самому младшему осужденному на моей памяти было 14 лет. Он промышлял кражами. Вообще, спектр преступлений, на который идут подростки, очень широкий. Иногда даже удивляешься, неужели это мог сделать несовершеннолетний? Это кражи, грабежи, распространение, хранение и употребление наркотиков, угоны машин и даже вооруженные нападения.

— Подростковой преступности становится больше или она идет на спад?

— У нас на учете ежегодно стоит порядка 20 человек. Но могу сказать, что сегодня в отношении несовершеннолетних идет тенденция на гуманизацию и подросткам дают больше шансов исправиться без применения серьезных наказаний.

— Общаться с подростками в принципе непросто, а с подростками, которые совершили преступление, наверняка, еще сложнее?

— Сегодня подростки знают свои права, свои обязанности и к ним, действительно, порой сложно подступиться. Так или иначе — это в первую очередь дети. И какие-то их базовые потребности, условия воспитания нельзя не учитывать. Исходя из этого, мы и «подбираем ключики» к каждому. Да, при первых встречах у них бывают истерики, они могут со столов все скинуть, отказываются общаться, но со временем получается договориться и к каждому найти индивидуальный подход. Бывает, что никак не удается подступиться к ребенку. Он живет в каком-то своем мире, и повлиять на него практически невозможно. Психологическая помощь – вещь добровольная, мы не можем заставить другого человека, особенно подростка, довериться нам. Это очень деликатная, длительная и планомерная работа. Нужно относиться с пониманием к возможным эмоциональным проявлениям. Не у всех детей жизнь складывается благополучно.

— Есть стереотип, что преступления совершают только дети из неблагополучных семей. Так ли это?

— Такой тенденции нет. За последнее время у нас не было подростков из совсем уж неблагополучных семей. Я вот вспоминаю, лет пять назад попадали к нам мальчишки, которые приходили осенью без нормальной обуви, у них не было элементарной сезонной одежды. Мы пытались связаться с родителями, а им все равно. Дети ночевали где-то в притонах, потому что мать домой не пускала. Сейчас, таких случаев у нас нет.

Совершают преступления подростки и из благополучных семей, у них вроде бы все есть, но им не хватает эмоций и острых ощущений. Некоторым не хватает денег, которые им дают родители на карманные расходы. Им хочется большего, и они связываются с наркотиками, например. А потом попадают к нам. Тут еще очень важно, как в этой ситуации  ведут себя родители. Если они признают, что их ребенок виноват и действительно совершил преступление, а не стараются всячески отрицать этот факт, то и подросток быстрее встает на путь исправления. Он с интересом участвует во всех культурных, профилактических и воспитательных мероприятиях, которые мы с ними проводим. И, как правило, такие ребята осознают, что поступили неправильно, больше не нарушают закон и к нам не возвращаются.

— Еще один стереотип, что чаще всего в подростковом возрасте преступления совершают парни. А как часто к вам попадают девушки и за что?

— Девочки-подростки также крадут и связываются с наркотиками. Они даже угоняют машины, чтобы показаться взрослыми и понравиться какому-нибудь парню постарше или самоутвердиться в глазах друзей и подруг. Но, конечно, мальчиков на учете состоит больше. Подростков, вне зависимости от пола, на преступления толкает жажда свободы, желание показать свою самостоятельность. И ведь самостоятельность — это не плохо, просто в пубертатном периоде она проявляется не совсем разумно и приводит это к тому, что появляются проблемы с законом.

— А как часто ваши «подопечные» возвращаются?

— В основном к нам на учет попадают подростки 16-17 лет. У них до совершеннолетия времени всего-ничего… И уголовно-исправительная инспекция, по-сути, их последний шанс исправиться и не оказаться в местах лишения свободы. Если ребята повторно совершают преступления, то, скорее всего, попадают уже не к нам…

— Давайте перейдем к практическим советам. Как родителям понять, что с их ребенком что-то не так, и какие сигналы должны заставить насторожиться?

— Любое поведение подростка, которое отличается от его обычного поведения, уже должно насторожить. Проблемы с успеваемостью, замечания от учителей, плохой аппетит, нежелание ходить в школу, скрытность, обман — это первые сигналы к тому, что с ребенком нужно, как минимум, поговорить. Я всегда говорю родителям, что лучше лишний раз обнять подростка, чем отчитывать его… Им в первую очередь нужна поддержка, забота и любовь. И это я говорю не про гиперопеку, а про элементарное внимание. Ребенку в любом возрасте хочется чувствовать себя личностью.

— Многие родители вам скажут: «А меня в детстве никто не обнимал, ни целовал — и ничего, преступником не стал…».

— Надо развивать эмоциональный интеллект. И это касается людей всех возрастов: от подростков до пожилых. В современном мире наш эмоциональный интеллект весьма скуден. Мы не всегда можем внятно объяснить, что мы чувствуем. А если мы не понимаем чувства ребенка, как же тогда мы сможем ему помочь? Подростки чаще всего просто не способны правильно сформулировать, что их беспокоит. Поэтому я рекомендую родителям начинать с себя. Вот ругаетесь вы на сына или дочь, а задайте себе вопрос: «Почему я ругаюсь? Что я при этом чувствую? Что меня так злит?». Наладить хорошие отношения с подростком без самоанализа невозможно. Время меняется, и подходы к воспитанию детей тоже меняются.

— А что принципиально изменилось?

— Сейчас модно быть «экологичными» родителями. Воспитывать ребенка так, чтобы не нарушать его личные границы. Если он не хочет что-то делать, то его и не заставляют… И получается, что родители как бы не заинтересованы в досуге своих детей. Раньше нас практически всех, хотели мы того или нет, отдавали в кружки, в музыкальную школу, на рисование и так далее. А сегодня, если ребенок не хочет, его просто оставляют в покое. И получается, что мотивации развиваться и чем-то созидательным заниматься, у ребенка просто нет. Это не значит, что надо насильно загонять подростков в какие-то секции, но надо работать над тем, чтобы понять, что ему интересно. Предлагать разные варианты, пробовать что-то новое. Возможностей для детского досуга, если говорить о Костроме, предостаточно. Все проблемы от безделья. За примерами далеко ходить не надо. Сколько у нас подростков слоняется по торговым центрам? Часами там гуляют, потому что им заняться нечем. Их постоянно полиция оттуда гоняет.

— Когда подросток, который совершил преступление, проходит весь этот путь от полиции до суда, он пребывает в сильнейшем стрессе. И к вам он попадает с ощущением, что против него весь мир. Как его из этого состояния вывести?

— Прежде всего, стараемся наладить доверительные отношения. А поскольку дело мы имеем с осужденными подростками, то чтобы не пугать их и снять это эмоциональное потрясение, проводим большую досуговую работу. У нас заключено множество соглашений с различными общественными организациями города и области. Например, благодаря соглашению с департаментом культуры, мы водим подростков в музеи. Благодаря комитету по физической культуре и спорту — зимой и летом ходим кататься с ними на коньках. Благодаря Костромскому областному центру психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи, подростки могут получать дополнительную психологическую помощь всей семьей. Совместно с несовершеннолетними мы посещаем различные мероприятия, экскурсии, храмы, организуем встречи со священнослужителями. То есть, помимо того, что они действительно отбывают наказание, мы стараемся при этом максимально наполнить их жизнь еще и чем-то интересным и полезным. И мне кажется, это хорошо влияет на подростков.

— Тем не менее, если подросток попал в поле зрения комиссии по делам несовершеннолетних, и уж тем более был осужден, то это может сильно испортить ему будущее. Какие последствия есть, скажем, так, у глупостей по-малолетке?

— Если подросток был осужден, и он вот-вот оканчивает школу, то поступить в ведомственные высшие учебные заведения он не сможет. Двери полиции, Росгвардии, ФСБ, ФСИН, МВД для него будут закрыты. И это касается не только силовых структур. Не во все гражданские вузы принимают бывших осужденных. Некоторые учебные заведения проверяют, были ли у абитуриента проблемы с законом. Можно, конечно получить образование в частных вузах, но далеко не факт, что даже с дипломом получится устроиться на работу, скажем в МЧС или РЖД. Там везде есть внутренняя служба безопасности, и они проверяют своих потенциальных сотрудников.

— Наверняка, есть люди, которые встают на сторону подростков и их поведение объясняют фразой из серии: «Это же дети! Они не понимают, что делают». Что вы отвечаете на это?

— То, что дети не просвещены в правовом поле, это тоже, в первую очередь, упущение родителей и, наверное, недоработка системы профилактики. Но по опыту могу сказать, подростки в большинстве своем понимают, когда поступают неправильно. Это не маленькие дети. Они осознают, когда берут чужую вещь, например. В любом случае, незнание закона не освобождает от ответственности.